Историки: чем опасен Мединский — PublicPost.

В прессу просочились сведения об очередной «инновации» в области преподавания истории в школе. Как пишут «Известия», Минобрнауки объявило конкурс на подготовку комплекта учебно-методических материалов, в состав которого должны войти, в частности, дополнения к используемым в настоящее время учебникам по курсу «История России», посвящённые фальсификации истории, хрестоматия для старшеклассников «Дискуссионные вопросы российской истории» и книга для учителей «Фальсификация отечественной истории». Предусмотрено также издание специальных методичек, проведение вебинаров для учителей и т. д. Цена вопроса — 9 миллионов рублей. Судя по заявленной цели проекта («создание позитивного образа современной России в мире и у самих россиян»), речь в очередной раз идёт о противодействии продолжающемуся переосмыслению советского прошлого. Похоже, «борцы с фальсификаторами» пытаются продавить свои идеи не мытьём, так катаньем даже после ликвидации профильной комиссии при президенте.

Что забавно, ведущая новостной программы на «Эхе Москвы», описывая эту инициативу чиновников, вместо «Минобрнауки» произнесла по ошибке «Минобороны». Дело, конечно, только в созвучии названий, но уж очень удачная получилась оговорка 😉

Только сегодня узнал о том, что Комиссия при президенте РФ по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России, в просторечии известная как «комиссия по фальсификации истории», наконец-то упразднена. Указ за номером 183 был подписан Медведевым ещё 14 февраля, но в основном касался других вопросов и поэтому прошёл незамеченным для широкой публики.

Создание этой комиссии в своё время стало поводом для серьёзного беспокойства среди многих специалистов: название слишком уж откровенно напоминало о советских временах. Сейчас, оглядываясь назад, можно констатировать, что прожект этот, по счастью, оказался мертворождённым: за три года своего существования комиссия, похоже, ничем сколько-нибудь значительным себя не проявила. Дальнейшие перспективы борьбы с «очернителями нашего прошлого» остаются неясными. Поговаривают о создании аналогичной комиссии, но уже при Госдуме, противодействие «фальсификаторам» включено в обязанности оргкомитета Года российской истории… Пока же всем нам, — тем, кто считает, что наука и пропаганда не совместимы по определению, — можно вздохнуть с облегчением и продолжать спокойно работать. И, конечно, неплохо было бы дождаться того счастливого момента, когда наши президенты наконец осознают, что лучший способ борьбы с разного рода домыслами в области истории — это рассекречивание архивов и адекватное финансирование фундаментальной науки, включая историческую. Но таких перспектив пока, увы, по-прежнему не просматривается…